?

Log in

No account? Create an account
 
 
15 July 2011 @ 03:04 pm
Психолог Татьяна Чеснокова о русском национальном менталитете  
"Вечерний Петербург", 15 июля 2011

Человек — главный продукт, который производит государство

Попытаемся выяснить, что это за зверь — русский национальный менталитет

15 июля 2011

Часто, объясняя те или иные поступки человека, даже порой неблаговидные, говорят: «Ну что поделаешь, такой у нас менталитет». Напился на курорте, буянил в самолете, вынес с работы каждый гвоздь — ты не виноват, виноват твой менталитет. Бьешь жену, прогуливаешь занятия — опять он, загадочный, а ты вроде ни при чем. Бросился в прорубь, спас ребенка — снова наш родной менталитет, толкающий нас на подвиги разного рода. Так что же такое русский менталитет? Чем он отличается от иных? И что в нас от него хорошего, а от чего неплохо бы избавиться? Как наш менталитет влияет на характер?

Об этом корреспондент «ВП» Елена ЕЛАГИНА расспросила  кандидата психологических  наук Татьяну ЧЕСНОКОВУ.

Горизонты у нас хромают

— Татьяна Юрьевна, каков, на ваш взгляд, особый русский менталитет?
— Есть два подхода. Согласно одному, все народы двигаются в одну сторону — но находятся в разном историческом времени. При этом некоторые из народов в силу разных причин застревают в том или ином времени надолго или даже насовсем, а другие, напротив, идут вперед очень быстро. С этой точки зрения, разделяемой условными российскими либералами-западниками, особый русский менталитет — это во многом просто недосформированный западный менталитет. Есть и противоположный подход, согласно которому у каждого народа своя дорога и он строит свой особый мир. Из тех, кто привержен этому подходу, я бы выделила философа Александра Зиновьева. Он очень четко сформулировал, какой тип личности лежит в основе Запада и чем этот тип личности отличается от русского. Я во многом согласна с тем, что развитое западное общество со всеми плюсами, которых нет у нашего капитализма, возможно только при ином национальном менталитете. У нас степень самоорганизации и ответственности личности ниже, мы больше привыкли ориентироваться на внешние рамки, на давление извне, нежели определять границы правильного и неправильного самим. Горизонт и четкость планирования у нас хромают, умение держать цель, согласовывать с другими целями — тоже не на высоте.

 

 

— А можно ли развить эти качества? Или они в нас заложены «пожизненно»?
— Эти качества вполне можно развить в русском национальном менталитете. Раз уж мы пошли по западному пути, значит, надо ставить такие воспитательные задачи — в детсаду, в школе, в семье, на уровне государства. Воспитание самостоятельности и ответственности, способности к четкому планированию и следованию этому плану, самоуважения и уважения к другим — нам тут есть над чем работать. А мы не работаем. Считать, что все определяют экономика, деньги, модернизация, нанотехнологии, — большая ошибка. Все определяют люди, человеческая личность со своими особенностями. И именно человек — главный продукт, который производит государство. Если государство создает условия для развития современной эффективной в рамках глобального мира личности, то модернизация произойдет сама собой. А если пытаться осуществлять модернизацию с людьми из другого времени, то осуществлять ее можно веками — и без всякого результата.
Я вот на днях видела, как рабочие ЖЭС восстанавливают ограждения газонов, поврежденные во время уборки снега. Они их восстанавливают таким образом, что зимой опять сломают во время уборки. Я им говорю: «Следующей зимой ведь опять все своротите!» А они в ответ: «Это еще дожить надо до зимы». У людей такой горизонт планирования! Зимой все разворотят, летом чинят, зимой опять разворотят и т. д. И мы это видим повсюду.

Всему виной климат?

—  А как соотносятся национальный характер и менталитет? Это синонимы? Или они  взаимообусловлены?
— Национальный менталитет — это все-таки характеристика всего сообщества в целом, ну а характер — это проявление менталитета в отдельном человеке. В чьем-то характере национальный менталитет выражен очень ярко, а у другого совсем не присутствует.
Есть немало русских, кто чувствует себя на Западе комфортнее, чем дома, — а есть и другие, кому там тесно и скучно.

— Какие факторы повлияли на то, как складывался русский менталитет? Климат? Долгая зима, вынуждающая жить рывками? Воинственные соседи, от которых надо было постоянно обороняться?
— Климат и долгая зима повлияли, вне всякого сомнения. Воинственные соседи были у всех, так что они тут, думаю, ни при чем. Есть мнение, что русский национальный характер формировался в целом в менее упорядоченной среде, нежели западноевропейский, — больше было непредсказуемых событий, неожиданностей как плохих, так и хороших. Поскольку в целом жизнь все в большей степени начинает строиться по вероятностным, а не по строгим причинно-следственным законам, то в таком мире русским должно быть проще, чем западноевропейцам. В перспективе.

Как нам научиться себя уважать?

— Когда специалисты говорят о русском менталитете, называют массу его особенностей, но упускают одну из основных: неуважение ко всему и вся. И к себе в том числе. Здесь и знаменитый правовой нигилизм, и склонность к вандализму, и стихийные помойки везде и всюду. Знаменитая фраза Оливера Кромвеля: «Я заставлю английский народ научиться себя уважать». Англичане научились. А мы когда научимся?
— Недостаток самоуважения — с этим трудно спорить. Сами к себе относимся как к людям второго сорта. Вы посмотрите — люди себе фамилии переделывают под западные — какой-нибудь Стогоff или Иваноff…  А названия коттеджных поселков — сплошные Greenvillage, «маленькие италии», «новые скандинавии» и т. д. Мне европейские ученые говорили: «Ваши не любят друг на друга ссылаться, предпочитают ссылаться на американцев или европейцев, в крайнем случае на тех русских, кто уже известен на Западе». Налицо комплекс неполноценности. А ведь никаких оснований чувствовать себя неполноценными у нас нет. Вклад России в историю двадцатого века будет повесомей, чем чей угодно другой. Что же касается мусора… Тут, мне кажется, скорее речь идет о психологических особенностях. У людей психологическое пространство так устроено, что они не фиксируют то, что за пределами их личной территории. Он выкинет мусор за ограду своего садового участка, и все — мусор перестает для него существовать, он его исключил из своего сознания. Это из той же сферы, что и горизонты планирования и умение держать цель и соотносить с другими целями. Этому надо учить и развивать умение видеть за пределами «своей» территории — расширять горизонты ответственности.

— Откуда в русском человеке это бесконечное терпение в состоянии внешнего унижения? Что это — равнодушие к собственной судьбе, лень или объективная историческая усталость?
— Как откуда? Есть неприятное мнение, четко сформулированное историком и политиком Павлом Милюковым, возглавлявшим в начале XX века партию кадетов, что это черты, свойственные подчиненным племенам. По его мнению, славяне жили на периферии более сильных племен, и именно смирение перед судьбой и более сильным помогало выжить и остаться собой. Постоянная готовность склонить голову спасала жизнь. Я не историк и не могу судить, насколько это верно… Но расскажу такую историю. Мои друзья — специалисты в области теоретической физики — вынуждены были в середине девяностых уехать преподавать за границу. Они увезли с собой шестилетнюю дочь, которая росла в разных странах — они ездили из одного университета в другой. И везде общались с такими же вынужденными эмигрантами из России. Когда дочь стала старше, она спросила: «Все ваши русские знакомые самые образованные, самые приятные, самые умные из всех — зачем мы уехали из такой страны?»

— Менталитет — вещь чрезвычайно устойчивая, тем не менее в ХХ веке произошла трансформация русского человека в советского человека. А каков, на ваш взгляд, менталитет современного постсоветского человека? Происходит ли следующая соответствующая трансформация?
— Мы за минувшие двадцать лет многое про себя поняли, лишились некоторых приятных иллюзий, осознали, что во многом заблуждались: списывали на социализм некоторые свои ментальные особенности… Многие люди, прошедшие через перестройку, тяжело переживают эти открытия. Кто-то говорит — мы ошиблись, мы себя не понимали, давайте возвращаться к социализму. Из этих людей получились постсоветские инвалиды. А вот что получается из молодежи, мне кажется, пока не разглядеть. Но у нее есть все шансы на отличное будущее.

Елена ЕЛАГИНА